Контрасты

Убежать. Убежать, причём как можно скорее от всех этих квадратных мыслей, сочиняемых квадратными головами.

Убежать, причём неважно в каком направлении, главное не заниматься поиском смысла в творческих объектах, в которых на самом деле, этого смысла больше чем во всей окружающей нас действительности. И наконец, убежать, оставив за на глухо закрытой дверью, коллекцию, казалось бы, риторических, но при всём безобразии положения, всё-таки требующих ответа вопросов и медленно, но верно, заполняющий уставшую комнату газ.

Им всем так часто сниться побег, причём если в первых снах он – сладкий нектар, то во всех последующих он – наваждение. И этот холодный пот, смешанный с усталостью тела и мозга, и этот обиженный взгляд, устремленный в пестрящий шероховатостями потолок, и этот рывок, который делаясь каждый день, делается вопреки, а не во имя. Вся эта бессмысленная борьба и все эти глубокие шрамы в итоге, заставляют их в одно мгновение воплощать все свои сны в реальность. Но ведь начиналось-то всё совсем по-другому. Были крылья, Stacey Kent в ушах, блеск в глазах и дерзкая улыбка на лице, нагло говорившая окружающим о том, что завтрашний апокалипсис – их рук дело. И как ни странно, они его делали. Под бурный аккомпанемент упрёков, несогласий, осуждений, они делали его с высунутым языком и переполнявшей их дьявольской энергией. Они создавали целые миры, удивляя посвящённых витиеватыми конструкциями, изящными формами и постмодернистской архитектурой. И что прекрасно, никого на тот момент, не волновало присутствие фиолетового унитаза в центре зала или вмонтированной в пол спальни, ванны чёрного цвета. Это был настоящий ренессанс, в уверенно сделанном шаге и пока ещё не расшатанных мыслях.

Но всё прекрасное, как и всё хорошее когда-нибудь сожгут, поэтому своё новое всё, они уже сегодня берегут для другого пожара. Такого страстного, как и музыкальное сопровождение «Города грехов» Родригеса, в таком уютном полуподвальном чёрно-белом помещении как в «Кофе и сигаретах» Джармуша, и обязательно в присутствии разгадавших все тайны «Малхоланд Драйв» Линча. В такой атмосфере, малина не может быть испачкана уже по определению. Ну а если и допустить последнее, то там, в среде заблудившихся в табачном дыму и тонких ванильных ароматах, это будет расцениваться как творческий эксперимент какого-нибудь экзальтированного, испорченного и находящегося под нескончаемым извращенческим экстазом художника. Художника, которому всё простишь, которому будешь трепетно целовать руки, пробивать на вдохновение и искренне желать не встречать на своём пути стены, выстраиваемые квадратными мыслями квадратных голов…

Проснувшись в холодном поту и устремив равнодушный взгляд в несовершенно выбеленный потолок, она смогла разглядеть в нём отражение другой пары таких же обиженных глаз и нарушить утреннюю тишину вопросом:

- А что если сегодня у меня не получится убежать?

Секунды его молчания делали тишину невыносимой, но он всё-таки ответил:

- Не получится сегодня, получится завтра. В любом случае, пробуждение в новом дне даст возможность сменить рингтон «Don’t Give Up» на «Всё будет ништяк», и радоваться хотя бы этому маленькому заблуждению.

- А что если и завтра не получится?

- Тогда мне очень страшно за наше с тобой завтра.

PS: На этой планете очень много людей, которых не понимают и которым сознательно делают больно, при любом удобном случае. Но несмотря, ни на что, эти люди встают, отряхиваются и продолжают вынашивать сценарий завтрашнего апокалипсиса. За что им огромное человеческое спасибо.