История одной странной сделки, или Как стать миллиардером в Казахстане

Ровно десять лет тому назад, осенью 2007 года финансовый мир сначала Казахстана, а затем и Италии активно обсуждал достаточно непривычную по тем временам сделку. Непривычную, впрочем, скорей для Казахстана – впервые частный казахстанский коммерческий банк покупался крупной западной компанией с мировым именем. В казахстанской прессе этот процесс оптимистично именовали «Сделкой №1 для всего банковского сектора молодой страны», выражали уверенность в том, что таковая является «показателем зрелости казахстанской банковской системы и ее привлекательности для мирового рынка», а также сулили безбедное будущее другим местным БВУ (банкам второго уровня). Ведь прецедент создан, и вполне возможно, что при желании и на них найдется такой же щедрый покупатель, как итальянцы. Получалась идиллическая картина: создавай себе банки, а затем продавай подороже западным партнерам, пишет ИА "Фергана".

Речь шла о международном концерне «UniCredit Group», со штаб-квартирой в Милане и расположенном в бывшей столице Казахстана Алматы Алматинском торгово-финансовом банке, или сокращенно АТФ-Банк.

В принципе, оптимистичные оценки этой сделки имели под собой реальную основу. Ведь согласно всей официальной информации, «АТФ-Банк», занимавший на тот момент пятое место в банковском рейтинге Казахстана, выглядел вполне привлекательным объектом. Созданный в 1995 году, он одним из первых в республике перешел на международные стандарты (в этом ему активно помогал тогдашний партнер и соучредитель голландская фирма «Mees Person»), успешно осваивал новые технологии, выпускал собственные золотые слитки, а самое главное – активно помогал правительству страны в осуществлении международной финансовой деятельности. В частности, он довольно быстро стал оператором германской кредитной линии (Kreditanstalt fur Wiederaufbau – KfW) в рамках межправительственного финансового сотрудничества Германии и Казахстана.

Как полагали эксперты, во многом этому способствовала личность другого соучредителя, а по существу, мажоритарного акционера и фактического владельца банка Булата Утемуратова, который являлся не только успешным предпринимателем, но и, в первую очередь, высокопоставленным и перспективным чиновником в казахстанском правительстве.

В советские годы Булат Утемуратов трудился на посту заместителя директора одного из крупных алма-атинских гастрономов, впоследствии переродившегося в супермаркет. А затем курировал торговлю в районном муниципалитете. Однако с обретением республикой независимости перед ним открылись совсем другие возможности. Благодаря хорошим знакомствам (торговые работники во времена СССР всегда имели возможность обзавестись весьма полезными связями) уже в период 1992-93 годов Булат Утемуратов стал генеральным директором Казахского торгового дома в Австрии, где тесно сотрудничал с Рахатом Алиевым, курировавшим в то время вопросы казахстанско-австрийского делового сотрудничества. Чуть позже Булат Утемуратов наладил личные и деловые взаимоотношения и с другим влиятельным бизнесменом Тимуром Кулибаевым, при создании собственного банка ввел его в совет директоров и предложил портфель председателя кредитного комитета. Сам он на тот момент трудился на посту первого заместителя министра промышленности и торговли Республики Казахстан.

Пребывая над законом

Здесь, правда, была одна юридическая неловкость. Как раз в то время, а именно в августе 1995 года, вышел в свет Указ Президента Казахстана, имеющий силу закона, «О государственной службе», статья 13 которого гласила, что государственные служащие не имеют права «заниматься предпринимательской деятельностью, в том числе участвовать в управлении хозяйствующим субъектом, независимо от его организационно-правовой формы». Вполне очевидно, что это было логичным и закономерным шагом для предотвращения коррупции и откровенного лоббирования чиновниками своих личных и деловых интересов.

Однако, как это часто бывает на постсоветском пространстве, в подобных случаях «все равны, но некоторые равнее». И практика показывала, что в отношении ряда «особо уважаемых лиц» контролирующие органы могли закрывать глаза.

Поэтому отнюдь не удивительно, что молодому «АТФ-Банку» никто препятствий не чинил, мало того, как впоследствии вспоминал сам Рахат Алиев, именно через «АТФ-Банк» проходили и аккумулировались средства, вырученные от экспорта сырья и продукции некоторых государственных компаний, а также деньги таких объединений, как «Казахинторг» и «Казахвнешмаш». «…Только выручка и прибыль шли не в бюджет, а в созданный частный «АТФ», которым владел Булат Утемуратов», – писал в своих мемуарах, вышедших за пределами Казахстана, Рахат Алиев.

Короче говоря, для процветания банка был негласно создан режим наибольшего благоприятствования, чем, безусловно, в полной мере воспользовались его топ-менеджеры и тогдашние акционеры. К тому времени у Булата Утемуратова (который периодически перемещался из одного высокопоставленного чиновничьего кресла в другое и даже иногда занимался дипломатической работой) уже был достаточно широкий круг деловых интересов.

Благодаря всему вышеперечисленному и несмотря на некоторые юридические шероховатости, «АТФ-Банк» вполне успешно развивался. По крайней мере, согласно официальной информации и отчетам. Мало того, впоследствии он поглотил несколько мелких банков в самом Казахстане (такие, как Банк «Апогей» и «Казпромбанк») и разросся несколькими дочерними структурами, в том числе и в ближнем зарубежье, например, в Киргизии, где были выкуплены акции ОАО «Энергобанк», и в России, сначала путем приобретения 100% акций омского банка «Сибирь», а затем и с помощью открытия представительства в Москве, где у Булата Утемуратова тоже было немало деловых интересов.

Остальное имело уже прикладной характер: создание собственного пенсионного фонда, коллекционирование многочисленных премий, наград и номинаций и прочие приятные мелочи.

Продается банк. Дорого. Конфиденциально

И вот достаточно неожиданно для сторонних наблюдателей в конце 2006 года в Казахстане начала просачиваться инсайдерская информация о возможной продаже «АТФ-Банка». Причем не какой-то дружественной и близкой по духу структуре, а вообще на сторону. По принципу «кто больше предложит». Зачем это было нужно Булату Утемуратову и другим мажоритарным акционерам, в то время детально не объяснялось. Что-то вроде каприза владельца или поиска необходимых свободных средств.

Затем нашелся и первый потенциальный покупатель. О своем интересе к казахстанским банковским активам объявила международная финансовая группа «UniCredit SpA» (UCG), являвшаяся на тот момент крупнейшим западным кредитором в Восточной Европе. Как выяснилось чуть позже, первый потенциальный приобретатель активов АТФ-Банка так и остался единственным желающим. По крайней мере, так утверждал уже упомянутый Рахат Алиев в своих мемуарах. Заодно он поведал и о своем небольшом участии в этой сделке в период пребывания на посту посла Казахстана в Австрии (забегая чуть вперед, стоить отметить, что номинальным покупателем АТФ-Банка выступило австрийское подразделение «UniCredit» – «Bank Austria-Creditanstalt AG»):

«…У меня было несколько бесед с президентом этого банка Доктором Эриком Хампелем у него в офисе на Шоттентор, где он пытался выяснить побольше об истин