Чужие среди своих: чем оборачиваются политические распри в эмиграции

Автор: Вечерка

Как сообщает Вечёрка, в июне 2026 года в центре внимания оказалась история Асадулло Бобоева — таджикского оппозиционера, бежавшего от преследований в Германию в 2017 году. Власти ФРГ после долгого разбирательства решили депортировать его и 19-летнего сына обратно в Таджикистан, отклонив доводы защиты об угрозе преследований. По прибытии в Душанбе Бобоева поместили в следственный изолятор, а правозащитники, включая Human Rights Watch, назвали это грубым нарушением принципа non-refoulement. Бобоев стал четвёртым таджикским оппозиционером, депортированным из Германии с 2023 года; его предшественники получили на родине длительные сроки.

Этот случай, казалось бы, должен был сплотить таджикских эмигрантов перед общей угрозой, однако реальность оказалась обратной: оппозиция в изгнании всё глубже погружается в собственные дрязги, затмившие борьбу с правительством. Практически идентичный сценарий самоуничтожения разыгрывается и в российской политической эмиграции. В декабре 2025 года Владимир Кара-Мурза объявил о выходе из «Антивоенного комитета России» после того, как Гарри Каспаров в парижском ресторане обвинил его в том, что тюремное заключение было лишь «пиар-акцией». Конфликт перерос в публичную борьбу за контроль над платформой российских демократических сил при ПАСЕ, нанеся серьёзный удар по доверию к демократическим инициативам.

В таджикской среде схожие процессы зашли ещё дальше. В августе 2024 года лидер Движения реформ и развития Таджикистана Шарофиддин Гадоев обвинил руководство Национального альянса Таджикистана в диктатуре и культе личности: из 19 членов совета 13 были представителями Партии исламского возрождения, что парализовало принятие решений. После ультиматума Гадоева исключили из коалиции, что раскололо главную оппозиционную структуру. В августе 2025 года в ПИВТ произошёл новый раскол: Мухаммадикбол Садриддин создал движение «Реформаторы Таджикистана», а в январе 2026 года трое молодых активистов — сыновья известных оппозиционеров — вышли из партии, заявив о несогласии с методами руководства. Эти распри подрывают авторитет эмиграции и ослабляют её позиции в диалоге с международным сообществом.