Работники «Таджиктекстиль»: «Наши квартиры хотят отобрать»

Ветераны «Таджиктекстиля» говорят, что их лишают квартир, которые по договору с предприятием должны были перейти в их собственность в этом году.

Бывшие работники ООО «ПО «Нассочии точик» («Таджиктекстиль») имеют за плечами до 40 лет стажа работы на этом предприятии. Обратившиеся в «Азию-Плюс» пенсионеры - Надежда Титова, Галина Баринова, Евгения Сафьянова имеют 36-летний стаж. В 1998 году они заключили контракт с предприятием о том, что после 15 лет работы квартиры, отданные им комбинатом, перейдут в их собственность. Но уже год, как срок прошел, а их все «футболят» по разным ведомствам.

«Мы - пенсионеры, проработали по 20-40 лет на «Текстилькомбинате», - пишут они в своем письме в редакцию. - Когда мы работали, заключили «договор об обеспечении жилой квартирой» с предприятием в лице гендиректора А.Б.Курбанова, в котором говорится, что, если мы честно и добросовестно проработаем на комбинате 15 лет, то квартиры (в домах 20/9 и 20/10 по ул. С.Шерози, Душанбе) переходят в нашу собственность. Договор был подписан 9 января 1998 года, и 9 января этого года наступил срок передачи квартир в нашу собственность. Все условия договора мы выполнили и думали, что спокойно сможем получить свои квартиры, но не тут-то было. С этого момента начались наши проблемы. А.Б.Курбанов отказался выполнять условия договора, игнорируя и договор, и постановление мэра города М. Убайдуллоева (постановление №401 от 23.7.2009 о том, чтобы дать семейным общежитиям квартирного типа в домах 20/9, 20/10 по ул. Шерози, статус жилого дома государственного жилфонда)».

Все ведомства на стороне жильцов. Но столичный хукумат до сих пор тянет с решением вопроса. В сентябре 2011 года (официальным письмом №36/42/24) зампред Душанбе С.Сафаров временно приостановил процесс переоформления жилья по формулировке «в связи с уточнением законных путей решения вопроса переоформления ордеров». При повторном их обращении в декабре 2012 года зампред столицы Б.Назаров напомнил органам временно приостановить легализацию и переоформление ордеров «до уточнения в Госкомитете по инвестициям и управлению госимуществом РТ вопросов по выдаче названых объектов из республиканской собственности в коммунальную собственность». Но, между тем, в Госкомимуществе заключили (апрель, 2013), что они согласны с легализацией, но «вопросы приватизации жилья осуществляется со стороны органов исполнительной власти Душанбе».

Жильцы говорят: «На наши требования о снятии запрета зампред столицы Б.Назаров не дает никаких документов, только устные распоряжения». «Уже год, как нас гоняют в хукумат к юристам Абдурахимовой и Тагоевой, в Госкомимущество, а оттуда - обратно,- пишут пенсионерки. - Они не выполняют постановление мэра, просьбу аппарата президента по нашему вопросу, заключение городской прокуратуры. У нас, пенсионеров, проработавших от 20 до 40 лет, никаких прав нет».

В феврале этого года хозрасчетное управление по учету и распределению жилплощади при хукумате столицы ответило пенсионерам, что «вопрос о приватизации в данное время рассматривается прокуратурой города». Но в марте столичная прокуратура также заключила, что бывшие работники предприятия в полном праве «по согласию с Госкомимуществом могут обратиться к органам местной исполнительной власти Душанбе для приватизации».

Были ли найдены «законные пути решения вопроса о переоформлении» «АП» не удалось узнать в мэрии.

А тем временем, появилось еще одно непонятное препятствие. Гендиректор «Таджиктекстиля» Х. Джомахмадов попросил (№468 от 13.9.2011) хукумат столичного района Фирдавси «не давать ордера без письменного разрешения предприятия».

«За этот год который раз нас гоняют по ведомствам. Уже несколько раз шли разговоры о том, что наши дома «Таджиктекстиль» хочет выставить на аукцион, мотивирую тем, что якобы пенсионеры не живут в своих квартирах, а сдают квартирантам, - говорит пенсионерка Надежда Титова. - Я не могу представить себе, как после стольких лет работы, после того, как я выполнила все условия договора, эти 18 квадратов у меня отберут. После каждого такого разговора я чувствую себя плохо. Помогите нам, пожалуйста».