Орбитальный разворот: как Центральная Азия уходит от монополии Байконура

По данным Asia24, страны Центральной Азии всё активнее отказываются от постсоветской модели освоения космоса, ориентированной на аренду Байконура, и переходят к прямым закупкам запусков у SpaceX и партнёрству с Китаем, ОАЭ и Южной Кореей.

Кыргызстан 1 октября 2026 года вывел на орбиту первый национальный спутник: аппарат стартовал не с Байконура, а с базы Ванденберг в Калифорнии на ракете Falcon 9 при поддержке Объединённых Арабских Эмиратов. Президент Садыр Жапаров связал запуск с экономией: вместо оплаты мониторинга территорий республика теперь сама отслеживает ледники, пастбища, незаконные свалки и оползни.

Узбекистан сделал ставку на когнитивные технологии: гиперспектральный аппарат «Самарканд-2028» формально создан китайской STAR.VISION, но модуль искусственного интеллекта написан узбекскими инженерами. Нейросеть обрабатывает данные прямо на орбите и выявляет стресс сельхозкультур до появления видимых признаков. Глава «Узбеккосмоса» Шухрат Кадыров заявил, что страна стала соавтором космических технологий, а не пассивным потребителем.

На этом фоне сотрудничество с «Роскосмосом» остаётся в основном на уровне пресс-релизов: проект «Байтерек» не завершён, запуск «Союза-5» переносится. Если в 2015 году Россия выполнила 29 орбитальных пусков, то в 2025-м — лишь 17. Китай предлагает готовые спутниковые группировки для мониторинга стихийных бедствий, а южнокорейская CONTEC Space Group готова построить производственный хаб в Казахстане.

Единой космической программы в рамках Содружества фактически нет, и всё больше глобальных игроков предоставляют региону аппараты, алгоритмы и доступ к коммерческим орбитам. Эксперты связывают потерю «Роскосмосом» традиционного рынка не с геополитикой, а с нежеланием подстраиваться под запросы бизнеса, которому нужны точные данные сейчас, а не обещания на будущее.

Вице-премьер Казахстана Жаслан Мадиев продвигает концепцию «Цифрового Шёлкового пути», однако региональные проекты пока развиваются разрозненно, и часть возможностей остаётся упущенной.