Мир за неделю: Что хотят страны Персидского Залива от Центральной Азии?

Это обзор основных внешнеполитических событий прошедшей недели, имеющих значение для региона Центральной Азии.

Первый в истории – саммит C5 + страны Персидского залива

Первый в истории саммит стран Центральной Азии и членов Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) состоялся 19 июля в саудовской Джидде.

Как сообщает Коммерсант, представители пяти центральноазиатских государств (Узбекистана, Туркменистана, Казахстана, Таджикистана и Кыргызстана) и шестерки аравийских монархий (Саудовской Аравии, Катара, ОАЭ, Кувейта, Омана и Бахрейна) утвердили план сотрудничества, рассчитанный до 2027 года.

Инициатива по созыву саммита исходила со стороны Саудовской Аравии, а, точнее, Совета сотрудничества арабских стран залива. По данным Радио Азаттык в Совет сотрудничества арабских стран Залива входят Саудовская Аравия, ОАЭ, Катар, Кувейт, Оман и Бахрейн. В последнее десятилетие этот блок демонстрирует хорошие экономические показатели роста и амбиции стать финансовым и технологическим центром, как минимум, всего мусульманского мира.

На сегодняшний день, страны Залива уже инвестировали в регион значительные средства, хотя и находятся по их объему далеко позади основных инвесторов в лице Китая, России и стран ЕС.

Так, с помощью Эр-Рияда только в Казахстане были реализованы проекты на сумму $120 млн.

По данным издания Вестник Кавказа, в 2021 году объем финансовых вливаний ОАЭ в казахстанские проекты составил $3,5 млрд.

Как сообщает «Независимая газета», президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев, посетивший Саудовскую Аравию вслед за Токаевым в августе 2022 года, привез инвестиционных соглашений на 14 млрд долл., из них 12 млрд долларов предназначены для развития энергосектора.

Как сообщает агентство ТРТ, на первом саммите основное внимание было уделено сотрудничеству в области энергетики, транспорта, торговли и туризма. Главы стран региона выступили каждый со своим видением направлений сотрудничества.

Так, президент Таджикистана Эмомали Рахмон предложил развивать гидроэнергетические сектор и создать единый инвестиционный фонд по Центральной Азии.

Президент Узбекистана предложил создать единое безвизовое туристическое пространство «Залив - Центральная Азия, а президент Кыргызстана Садыр Жапаров выступил с инициативой расширения транспортных и логистических связей между двумя регионами.

Внимание стран Залива к региону Центральной Азии можно объяснить следующими причинами: прежде всего, в последние годы стала меняться геополитическая ситуация, как на глобальном уровне, так и вокруг постсоветской Средней Азии.

Еще совсем недавно регион однозначно считался зоной преимущественного влияния России; однако, сегодня Москва направляет все свои наличные ресурсы и внимание на Запад, что создает в регионах постсоветского пространства некоторый геополитический вакуум

Все углубляющийся конфликт между Россией и Западом и приход движения Талибан к власти в Афганистане заставили многих крупных игроков обратить более пристальное внимание на Центральную Азию. Отсюда популярность встреч в формате С5+ (Центральная Азия плюс) – например, C5+ США, С5 + Китай, теперь С5+ страны Залива.

В рамках данного формата внешние игроки пытаются определить, что можно ожидать от государств региона, какие возможности по сотрудничеству и партнерству в нем существуют, и каким они видят свое дальнейшее развитие.

Для стран Залива, особенно для Саудовской Аравии, которая считает себя лидером исламского мира, большую роль играет также и религиозный фактор – все-таки постсоветская Центральная Азия является одним из крупнейших мусульманских регионов в мире, обладающий значительными человеческими и материальными ресурсами.

В современном мире, инвестиции считаются важнейшим инструментом для обеспечения роста своего экономического и политического влияния, и государства Персидского залива хорошо научились его использовать.

Считается, что ближайшие годы, в рамках глобальных геополитических изменений, Центральная Азия имеет возможность превратиться в логистический перекресток или транспортный хаб между Востоком (Китаем) и Западом, что также привлекает внимание потенциальных внешних инвесторов, в том числе, из числа стран Залива.

Что касается самих среднеазиатских республик, то для них формат С5+ создает условия для продолжения многовекторной внешней политики, и, таким образом, дает избежать чрезмерного перекоса и зависимости от основных геополитических игроков в регионе – Китая и России.

Кроме того, следует отметить, что в самих странах Залива накоплен значительный капитал для внешних инвестиций. Государства Персидского залива видят в иностранных вложениях дополнительный источник дохода и инструмент для обеспечения устойчивости своих экономик.

Так Саудовская Аравия вложила значительные средства в акции крупнейших западных компаний, таких как Боинг, Amazon.com, Alphabet Inc, BlackRock Inc и JPMorgan Chase & Co. и даже британский пенсионный фонд.

Для Узбекистана, Таджикистана и Кыргызстана страны Персидского залива могли бы в перспективе стать дополнительным рынком для приема их избыточных трудовых ресурсов.

В действительности, экономика государств Залива во многом зависит от иностранной рабочей силы. Однако, до сих пор все усилия по налаживанию массовой трудовой миграции из Центральной Азии в страны Залива не увенчались успехом. В первую очередь, из-за конкуренции со стороны более дешевой рабочей силы из Южной Азии (Бангладеш, Малайзии и Филиппин).

Таким образом, саммит открывает значительные возможности по привлечению новых инвестиций и капиталовложений в Центральную Азию.

В то же время, следует отметить, что существует также и ряд препятствий и ограничений. Так, арабские инвесторы, как правило, стараются вкладываться в уже успешные и устоявшиеся проекты или в те бизнес-инициативы, которые гарантируют относительно быстрый возврат средств.

Кроме того, арабский бизнес предпочитает вкладывать средства в страны с хорошим инвестиционным климатом, а постсоветские государства в международных рейтингах по инвестиционной привлекательности все еще отстают от большинcтва других регионов.

Кроме того, масштабные инфраструктурные и транспортные проекты требуют столь же масштабных инвестиций, которые, как правило, не скоро окупаются.

Дипскандал недели: «Вагнер» хочет в Польшу

Одним из основных новостных событий стало заявление министра обороны Германии Бориса Писториуса о том, чт