В России заявили о неготовности «быть с Европой любой ценой»

Россия не готова «быть с Европой любой ценой», однако она настроена на диалог и «держит двери для Евросоюза открытыми», заявил секретарь Совета безопасности Николай Патрушев в беседе с газетой «Коммерсантъ».

Комментируя слова министра иностранных дел Сергея Лавровао возможном разрыве с Европой, он отметил, что согласен с высказыванием. По его словам, несмотря на важность диалога, «быть вместе с Европой любой ценой — это не идея фикс российской геополитики».

При этом он подчеркнул, что Москва по-прежнему готова к взаимодействию с Брюсселем, и, если потребуется, окажет ему помощь в условиях пандемии COVID-19. «Держим двери открытыми, потому что прекрасно понимаем: есть сиюминутная ситуация, на которую ориентируются западные политики, и в то же время есть исторические узы, веками складывавшиеся между россиянами и европейцами. Рвать их лишь потому, что поменялась конъюнктура, было бы неразумно», — пояснил он, добавив, что российская сторона согласна обсуждать с европейскими партнерами ключевые региональные проблемы и сотрудничать с ними по целому спектру направлений.

Патрушев заметил, что существует несколько проблем, которые невозможно решить без участия ключевых игроков международных отношений, и в условиях нынешних реалий нормализация отношений является оптимальным сценарием. «В современном мире в долгосрочном плане выигрывают лишь те страны, которые продвигают и реализуют позитивную повестку дня, нацеленную не на создание разделительных линий, а не объединение усилий человечества во имя всеобщего развития и процветания», — заключил он.

Ранее глава европейской дипломатии Жозеп Боррельобвинил Россию во взятии «курса на конфронтацию» с Брюсселем. При этом он заявил, что ЕС не меняет принципы работы с Россией, так как у объединения остаются старые потребности. Например, ему важно сохранять отношения с Москвой в сферах энергетики и климата.

Позже министр иностранных дел России Сергей Лавров оценил отношения России с Евросоюзом (ЕС), отметив, что их как таковых нет, поскольку «вся инфраструктура этих отношений уничтожена односторонними решениями Брюсселя».