"Мне жаль, что я так старательно себя стирала". Manizha о себе, о семье, и о том, как стеснялась быть таджичкой

Певица Манижа Сангин (Manizha) стала российским послом доброй воли управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ ООН). Об этом организация намерена сообщить 14 декабря — в день своего 70-летия. Раньше у Агентства ООН по делам беженцев не было послов доброй воли из России.

В интервью "Коммерсантъ" Манижа Сангин рассказала об опыте вынужденного перемещения своей семьи, проблемах самоидентификации в новой стране, праве быть собой и желании помогать детям беженцев в изучении русского языка.

«Только в таджикское посольство позвонили более 14 тыс. семей, которые остались на улице»

— Когда вам предложили стать послом доброй воли УВКБ ООН?

— Впервые они связались со мной еще год назад. На самом деле я уже много лет занимаюсь темой беженцев. Можно сказать, мы всей семьей этим занимаемся. Мы сами имеем большой миграционный опыт — когда случилась война в Таджикистане, мы были и внутренними беженцами, и эмигрантами. Этот путь позволил нам понять, какие могут быть трудности у людей, лишившихся дома.

Мама всегда нас так воспитывала — надо поддерживать тех, кто находится сейчас в трудной ситуации.

И я могла рассказать про этот опыт, поскольку я использую свое творчество как рупор, через который могу говорить со своей аудиторией не только о прекрасном, но и о проблемах. Меня, например, всегда вдохновляло, когда я слышала от любимого исполнителя о его проблемах, я думала: офигеть, в его жизни это тоже было! И значит, я тоже могу чего-то добиться.

Где-то полтора года назад на меня вышла организация — интеграционный центр для детей беженцев и мигрантов «Такие же дети», они помогают детям беженцев устроиться в школу, находят для них курсы русского языка. Они проводят время с этими детьми, помогают им делать домашние задания, помогают их семьям разобраться в каких-то юридических вопросах. Они спросили, могу ли я для них что-то придумать, и я предложила сделать фотографии детей в художественном оформлении.

У нас раньше было принято показывать грустные фотографии детей, которым нужна поддержка. Но сейчас аудитория в Сети стала очень холодной, и, когда люди видят фотографию грустного ребенка, это вызывает у них негатив. Я понимаю, почему так получается. Действительно, очень много было манипуляции «детской темой».

Для меня было важно сделать акцент не на том, как все плохо в жизни этих детей, а на том, что есть выход.

Мы не можем знать, кем они станут, но мы точно знаем, что, если мы будем помогать, влиять и поддерживать, они могут стать очень хорошим будущим этой страны. И мы сделали красивый фотопроект, назвали его «Одной нитью» — мы ведь действительно все сшиты одной нитью жизни.

И после этого фотопроекта на меня вышло Агентство ООН по делам беженцев. Нет, они не предложили мне сразу стать послом доброй воли, так никогда не происходит. У нас еще был год совместной плотной работы, чтобы показать друг другу свои намерения, понять, насколько мы можем помогать друг другу и честны ли мы друг перед другом. И только после этого, после года работы, я получила предложение стать послом доброй воли.

— Что вы с ними делали весь этот год?

— Я участвовала в различных форумах, посвященных теме насилия над женщинами и детьми, поддерживала акции и кампании Агентства на территории России. Ездила к афганским беженкам в Москве, общалась с ними, с их дочерьми.

Вообще это предложение ООН открыло для меня наконец тот формат, в котором я своей работой могу достучаться до реальных людей в трудной ситуации. Ведь социальная деятельность артистов часто воспринимается скептически. Но когда ты это делаешь вместе с ООН, тут уже другое отношение.

Раньше, когда я делала свои социальные проекты и искала поддержки спонсоров, многие бренды или какие-то партнеры отвечали: «Хм… Может, вы нам другую рекламную кампанию сделаете, позитивненькую?»

И я понимала, что мне не хватает рядом партнера, который просто своим весом сможет показать людям, что намерения мои серьезные и мы хотим вместе сделать что-то по-настоящему важное.

— А что по-настоящему важно для вас?

— Ну, например, во время пандемии мы увидели, что люди остались не только без работы, но и без крыши над головой. Только в таджикское посольство позвонили более 14 тыс. семей, которые остались на улице. Они просто не могли вернуться в Таджикистан — ни денег, ни авиарейсов. Понятно, что во всем мире сложная ситуация, и очень много людей испытывают трудности.

Моя мама часто помогает таджикским семьям, ей стали звонить, просить о помощи. Мы связались с представительством УВКБ ООН в России, спросили, какая вообще ситуация. Они ответили, что огромное количество беженцев не имеет даже еды.

Они давали нам реальную картину, это была экспертиза, которой мы могли доверять. А мы объединяли ресурсы с какими-то организациями и людьми, искали способы помочь тем или иным семьям.

Недавно ко мне обратились с проблемой: человек приехал в Россию на чемпионат мира по футболу и остался тут жить — тогда многие мигранты так делали, потому что паспорт болельщика давал возможность без визы въехать в страну. Этот парень несколько лет работал на стройке и очень сильно заболел. Ему даже скорую не могли вызвать, потому что куда его отвезут? У него нет разрешения жить в стране, его сразу отвезут в полицию, потом СИЗО, суд, депортация. Это займет много времени, а ему необходима медицинская помощь, он в критическом состоянии.

Я звонила в ООН, они свели меня с НКО, которые помогли. Этого молодого человека положили в больницу, у него диагностировали рак желудка — он даже не знал, что у него рак.

Люди, которые не имеют доступа к медицине, не занимаются своим здоровьем и часто пропускают серьезные болезни. Сейчас он лечится, но это удалось сделать только благодаря ООН, фонду «Здоровье и жизнь» и комитету «Гражданское содействие», которые давно помогают беженцам. И я у них многому учусь.

Еще мне важно помогать девочкам, женщинам не бояться быть собой. Мне в Instagram приходит много личных сообщений от таджикских, узбекских, киргизских девчонок. Они пишут о насилии со стороны мужчин, о своем отчаянии.

Например: «Отец нас бьет постоянно, моя мама не хочет выходить из этих отношений, потому что ей говорят: терпи, пока не выдашь всех детей замуж, терпи и делай вид, что у вас хорошая семья». Я их перенаправлю в те или иные фонды.

«Выгодно иметь нелегальную рабочую силу, она дешевле»

— Что вы должны будете делать в качестве посла доброй воли?

— Моя программа-минимум — понять, почему в России существуют проблемы в получении статуса беженца. Официально беженцев в РФ очень мало. Сколько неофициально, не знает никто, но их много. Получить статус очень сложно, нужно иметь деньги. Я сейчас не про взятки говорю, а про то, что в принципе надо платить за документы, за страховки, и не все могут себе это позволить. И даже если ты заплатишь — еще не факт, что получишь статус.

Получается, мы говорим, что у нас мало беженцев и живем спокойно, а на самом деле их больше, чем мы думаем, они вынуждены скрываться, жить в серой зоне. Мы три месяца пожили в карантине, не выходя из дома, и очень мучились, а многие люди годами так живут, прячутся.

Мне очень важно понять, почему