Голосование на парламентских выборах в Турции завершилось с неожиданным результатом. Мало кто из экспертов и аналитиков предполагал, что пропрезидентская Партия справедливости и развития (ПСР) во главе с премьером Ахметом Давутоглу сумеет одержать победу: ей пророчили около 40 процентов голосов, что означало формирование коалиционного правительства. Однако все получилось по-другому.

Сюрприз

В последние дни перед выборами обстановка в Турции была крайне напряженной: оппозиция жаловалась на беспрецедентное давление и обвиняла власть в подготовке провокаций. Были закрыты два оппозиционных телеканала и две газеты, турецкие силы безопасности арестовали ряд активистов прокурдской партии ДПН. Однако само голосование прошло на удивление спокойно. Избиратели, конечно, жаловались на нарушения — где-то в «день без агитации» забыли убрать несколько тысяч предвыборных плакатов, где-то излишне горячие сторонники и противники Эрдогана сошлись врукопашную, и полиции пришлось применить слезоточивый газ, чтобы их разнять. Но на общем фоне последних недель с их постоянными перестрелками в курдских районах и терактами в столице это были сущие мелочи.

Когда через полтора часа после того, как закрылся последний участок, турецкий ЦИК объявил первые результаты выборов, и эксперты и политологи, предрекавшие ПСР поражение, испытали шок. По итогам подсчета 42 процентов голосов, в основном из сельской глубинки, партия Эрдогана набирала 54 процента и была буквально в шаге от конституционного большинства.

Однако когда дело дошло до крупных городов и богатых западных приморских провинций, результаты ПСР начали неуклонно снижаться. После оглашения результатов по последним участкам стало понятно: хотя партии Эрдогана удалось сделать почти невозможное и отыграть потерянные в июне голоса, набрав 316 мандатов из 550 возможных, до конституционного большинства в 330 мандатов ПСР так и не дотянула.

Скандалы, интриги, расследования

По турецкой конституции, для формирования правительства необходимо простое большинство мест в парламенте — 276. Этот результат партия Эрдогана перекрыла с лихвой. Однако июньское поражение отнюдь не было случайностью. Ни одну из вызвавших его причин устранить за прошедшие месяцы не удалось, а значит, новому правительству снова придется наступать на те же грабли.

В первую очередь речь идет о многочисленных скандалах, шлейф которых тянется за правящей верхушкой с декабря 2013 года: тогда после обвинений в коррупции подали в отставку три министра. Затем последовал «телефонный скандал» с участием самого Эрдогана: была обнародована прослушка его телефонных разговоров с сыном Билялем, и турки с изумлением узнали, что их премьеру некуда девать огромные суммы наличных денег, хранящиеся в его квартире. С тех пор всякое лыко Эрдогану ставили в строку, тем более что он сам постоянно давал поводы для этого — чего стоит постройка знаменитого 1100-комнатного дворца, деньги на который брали из госбюджета.

Особенно вызывающе эта восточная роскошь выглядела на фоне безрадостной экономической ситуации в Турции: падающих темпах роста, дешевеющей лиры, растущего внешнеторгового дефицита. Впервые за 27 лет в стране зафиксирован отток капитала. Уровень безработицы превысил 10 процентов, причем большинство из тех, кто не имеет работы — молодые люди, тот самый социальный слой, который поддержал в свое время «Арабскую весну».

Ситуацию усугубили ошибки Эрдогана во внешней политике. Когда в 2011 году начался сирийский кризис, турецкий лидер решил, что дни Башара Асада сочтены, и открыто поддержал оппозицию. И просчитался: Асад сумел удержаться, а в Турцию хлынул поток сирийских беженцев, спасающихся от войны. Помимо этого, провалился давно лелеемый Эрдоганом проект превращения Турции в регионального лидера, ради которого он пожертвовал стратегическим партнерством с Израилем.

Пять месяцев назад сочетание этих факторов привело «Партию справедливости и развития» к поражению, однако сейчас, невзирая на то, что ни один из них не был устранен, партия победила. И помог ей в этом курдский вопрос.

Курды помогли

На июньских выборах прокурдская Демократическая партия народов набрала 13 с лишним процентов голосов, сумела впервые в истории преодолеть избирательный барьер и получила целых 80 мест в парламенте. В первую очередь такого результата ДПН добилась благодаря поддержке курдов, разочаровавшихся в Эрдогане, который заигрывал с турецкими националистами. Для президента успех ДПН стал пощечиной. Требовалось взять реванш и в преддверии новых выборов скомпроментировать конкурента, а заодно сплотить нацию.

20 июля в городе Суруч на границе с Сирией произошел теракт, погибли 32 человека, в основном курды. Теракт осуществило «Исламское государство». Бойцы «Рабочей партии Курдистана» обвинили турецкие власти в тайном пособничестве террористам и объявили о том, что разрывают двулетнее перемирие с Анкарой.

Курды развернули против турецких силовиков партизанскую войну в восточных областях страны, армия и полиция в ответ начали военную операцию. Точное число погибших с обеих сторон неизвестно: каждая сторона утверждает, что уничтожила около полутора тысяч солдат врага и признает потерю 100-150 своих бойцов.

Ситуация еще больше осложнилась после того, как турецкая авиация включилась в кампанию против «Исламского государства», в основном, правда, нанося удары по позициям сирийских курдов, которых в Анкаре считают крылом РПК.

Заняв жесткую позицию по отношению к курдам, Эрдоган затеял опасную игру. Нестабильность на юго-востоке страны грозила обернуться для него значительными имиджевыми потерями, предвыборные опросы предупреждали, что прокурдская ДПН может улучшить июньский результат на процент или два. Но результаты голосования показали, что Эрдоган все рассчитал правильно: ДПН едва перешагнула 10-процентный барьер – от партии отшатнулись многие турецкие избиратели, ранее сочувствовавшие борьбе курдов. Кроме того, благодаря жесткому курсу президента ПСР сумела отобрать голоса у праворадикальной Партии националистического движения, которая по сравнению с прошлыми выборами потеряла почти 5 процентов голосов.

Как рассказал в интервью «Ленте.ру» турецкий эксперт Серкан Демирташ, турецкие избиратели проголосовали в первую очередь за стабильность: «Волна насилия в курдских регионах и в столице сработала в пользу ПСР, которая пообещала бороться против всех видов террора. Кроме того, турки не любят нестабильности, предпочитая видеть в правительстве сильные фигуры. За прошедшие пять месяцев нестабильность во всех сферах достигла такого уровня, что многие из тех, кто голосовал против ПСР в июне, изменили свое мнение».

Что дальше

Таким образом, партии Эрдогана удалось снова взять власть. Однако победа, одержанная партией — тактическая, а не стратегическая. Тайип Эрдоган так и не смог добиться своей главной цели — запустить процесс превращения парламентской республики в президентскую. По турецким законам, для того, чтобы вынести вопрос об изменениях в конституции на референдум, необходимо 330 голосов. Этого числа у партии Эрдогана нет и не предвидится.

По мнению Серкана Демирташа, результаты выборов по сути дали президенту несколько спокойных лет для реформ: «Очевидно, что по результатам выборов правительство ПСР пробудет у власти ближайшие четыре года. Учитывая, что президентский срок Эрдогана также истекает в 2019 году, президент и премьер попробуют за это время привести мировоззрение населения Турции в соответствие со своими взглядами. Цель Эрдогана — стать единоличным правителем страны и удержаться у власти до 2023 года, столетия Турецкой республики».

С ним согласен и старший научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений РАН Виктор Надеин-Раевский: «Главная цель Эрдогана — набрать такое большинство, которое бы позволило изменить конституцию страны, сделав ее президентской республикой. Власти говорят, что хотят сделать страну более демократической. Однако к демократии это имеет мало отношения: они уже разгромили порядка 150 центров и представительств Демократической партии народов, представители партии ПСР даже не скрывали, что это их рук дело».

Однако не факт, что планы турецкого президента воплотятся в реальность. Хотя Эрдогану удалось получить поддержку избирателей, перед Турцией по-прежнему маячит экономический кризис, курды на юго-востоке страны не собираются складывать оружие, а провал внешней политики Анкары становится все заметнее. В этих условиях речь впору вести не о переформатировании системы государственной власти, а о том, как исправить сделанные ошибки, не потеряв при этом лицо. Однако Эрдогана не зря прозвали султаном — он вполне может пойти ва-банк, а значит, Турцию в ближайшее время могут ждать новые потрясения.