АВТОГРАФ ФИЛОЛОГА РУСТАМОВОЙ

Посвящается единственной таджикской спортсменке – призеру Олимпийских Игр Зебиниссо Рустамовой.

Ее место в строю было законным и постоянным. Еще со времен школьных линеек. Маленькая, смешливая, чинно и безропотно шагала Зебиниссо на левый фланг.

А как, наверное, хотелось ей выйти вперед, хотя бы разок возглавить шествие. И вот много позже она наконец-то услышала:

— Первой становись, Зебиниссо Рустамова. Ты завоевала это право. Случилось это три года назад, когда команда советских лучников возвращалась после чемпионата мира на Родину. К самолету подкатили трап, и счастливая, гордая Зебиниссо раньше остальных ступила на него.

Так много «против», так мало «за». Ее старший брат Хамид, очевидно, мог бы стать замечательным многоборцем. Безо всякой натуги в один-два месяца преуспевал он в любой секции. Но на этом, увы, все и заканчивалось.

Юноша выигрывал соревнование, получал спортивный разряд и... так же стремительно уходил в другую секцию. Парень он был энергичный, через край била жизненная сила, вот и не мог найти свое призвание в спорте, вечно его куда-то тянуло.

Сейчас Хамид, конечно, угомонился — стал семейным человеком, да и возраст солидный, мужской. Всерьез увлекся игрой, всегда особенно почитаемой на Востоке, и в ней преуспел, слывет в Душанбе одним из сильнейших шахматистов.

А вот раньше... Тогда ему все нравилось, все виды спорта. И во всех метаниях брата за ним неизменно следовала маленькая Зебиниссо. Только ее ни в одну секцию не принимали, не было у нее, как считали тренеры, и задатков спортивного дарования.

А вот лучники ее приняли. Правда, и тут она вскоре услышала:

— Это очень хорошо, Зебиниссо, что ты такая старательная на тренировках. Но особенно не мечтай, нет у тебя перспектив. С таким ростом, с такими маленькими руками... Нет, ничего значительного ты не добьешься.

Итак, далеко не блестящие, как сказали специалисты, способности для лучного спорта. Масса других хлопот — учеба, общественная работа, подготовка к приемным экзаменам в институт.

Так что же было «за»? Что позволило Зебиниссо совладать со всеми этими трудностями и стать чемпионкой мира? Всего одна строка ее любимого поэта Мирзы Бедиля: «Где воля напрягается, как тетива, там муравей одолевает льва».

Слова эти, разумеется, не следует понимать буквально, но сама мысль, идея были очень близки Зебиниссо Рустамовой, стали ее девизом.

«Это диво какое-то у нас появилось. Совсем, смотрите, девчушка, а какое самообладание, уверенность в себе. Да и стиль прекрасный, как она изящно и тонко обрабатывает каждый выстрел!»

«Замечаю, что у неё удивительная способность быть в согласии с собой, во всем какая-то гармония. Очень цельный характер. Оттого-то полная раскованность в движениях, непринужденность. Ее стиль — она сама».

«Словно на санках, Рустамова въехала в сборную. А ведь позади у нее всего три года тренировок. А как у нее дальше пойдет... завидки берут».

Старый дом на окраине Душанбе. Небольшой сад, чайные розы возле террасы. Дом Сангина Рустамовича Рустамова, дом его предков, ну и внуков, конечно детей.

Сам-то он редко покидал свой дом. А надолго — всего один раз, когда совсем еще юношей, вчерашним школьником, ушел на фронт. Проявил он себя геройским человеком, дошел до Берлина.

А вот ребята его то и дело покидают Душанбе. Особенно Зебиниссо. Вот и сегодня ее нет дома. Остальные собрались, волнуются — как она там, на чемпионате мира в Швейцарии? Самая младшая дочь — Нуриниссо, тоже лучница, мастер спорта, со знанием дела объясняет, что может произойти в швейцарском городке Интерлакене — там соревнуется сейчас сестра...

Первый час ночи, второй. Снова заваривает зеленый вкусный чай Сангин Рустамович, передает гостям пиалу — подкрепитесь, скоро, быть может, узнаем.

Наконец, сообщение по радио: Зебиниссо Рустамова стала чемпионкой. Да еще с мировым рекордом! Только после этого хозяин дома позволил себе покинуть застолье, отправился готовить плов. Многих гостей ждал он утром и не ошибся, заранее их приглашая...

И вот она проснулась чемпионкой. На высоте восемь тысяч метров, в самолете. Вот тогда-то и услышала, что как чемпионка имеет полное право выйти из самолета первой...

Какое это все-таки чудо — спорт. Всего в один вечер она стала знаменитой. Еще утром Зебиниссо Рустамова не вызывала ни малейшего интереса в Интерлакене, совсем затерялась среди элегантных, с царственными манерами зарубежных соперниц.

А потом пошла молва — одна малышка там стреляет, знать не знаем ее, но она так сильно стреляет, на такой идет результат...

В перерыве к ней подошли американцы, разложили на травке огромную карту, сказали:

— Где же все-таки ваш Душанбе, покажите.

Удивились — такая даль, рядом с границей. Снова полюбопытствовали:

— А остальные?

И тогда Зебиниссо представила всю команду — вот Валентина Ковпан, она живет во Львове. Потом — Галина Архипова, ее город — Читу совсем в другом месте надо искать. А еще Вирве Холтсмейер, она из Таллина. Вот какая команда — замечательная, многонациональная.

Очень удивлялись американские стрелки, очень. Признались:

— А мы думали, что у вас занимаются спортом только в Москве, ну еще в двух-трех городах.

А пока все это происходило, потихоньку да незаметно над Интерлакеном нависли тучи, хлынул ливень. Зебиниссо, ужасная мерзлячка, быстро-быстро натянула самую теплую непромокаемую куртку. Вернулась к скамеечке, укутала лохматого игрушечного медвежонка — давний ее талисман. Он-то и оказался первым свидетелем ее последних чемпионских выстрелов.

Видите, она и здесь осталась самой собой. Выдумщица, непоседа, немного артистка. Это, кстати, у нее в крови, семейное. Старшая сестра недавно выиграла республиканский конкурс по национальным танцам, другая оказалась призером среди вокалистов. Спрашиваю:

—Все, Зебиниссо, у тебя так славно получается. Может, это нетрудно — выигрывать, соревноваться?

—Что вы, что вы. Вдвое труднее, чем учиться. Там, понимаете, я «пятерки» стремлюсь получать, а на состязаниях «десятки».

Как-то журналисты из ГДР попросили у нее автограф. Зебиниссо на секунду задумалась, потом достала из папки лист бумаги. В него и послала с двадцати шагов десять серебристых молний: все они легли в центр мишени. «Вот вам автограф. Необыкновенный, правда?»

И, хитро улыбаясь, все повторяла, что это очень трудно — соревноваться, выигрывать. Вот и пойми ее...

А потом она выступила на Олимпийских играх в Монреале. Заняла там третье место. Как же оценить этот результат? Ведь всего годом раньше Зебиниссо превзошла всех соперниц, стала сильнейшей в мире. А все же ни у кого не было сомнений в том, что и в олимпийском турнире Рустамова выступила сильно. Во всяком случае, она сделала все, что могла, — а это высшая похвала спортсмену.

Неприметный тихий город в 60 километрах от Монреаля. Именно тут, в Жольете, и соревновались лучники. Зебиниссо было трудно, нездоровилось, не ладилась стрельба. Но надо было терпеть и бороться, потому что невероятно трудным оказался этот турнир, событий в нем, всевозможных головокружительных осложнений хватило бы и на несколько состязаний.

Поначалу в лидеры вышла Мария Урбан из ФРГ. Затем ее начала теснить американка Лиан Район. Ее наступление подхватили и остальные лучницы, перспективы на медаль открылись перед Янг из КНДР, нашей Валентиной Ковпан, полькой Вилейто, шведкой Берглунд. А Зебиниссо все держалась на пятой позиции, и было неизвестно — сумеет ли она наверстать упущенное.

Есть в спорте правило — чем больше претендентов на высшие награды, тем большее значение приобретает психологическая устойчивость участника. Почти всегда в подобных ситуациях судьба призовых мест решается в последних сериях. Так оно получилось и в Жольете.

Надежд на первое место у Рустамовой, конечно же, не было. Речь могла идти только о бронзовой медали. Сникла Урбан, которая так удачно стреляла вначале. Затем отстали Вилейто и Берглунд. Но кореянку Янг советская лучница никак не могла достать.

Последние серии. Не выдержала Янг, в двух последних сериях она получила по «шестерке». А что Рустамова? В этот день ей предстояло проявить еще одно свое качество — хладнокровие. И не где-нибудь проявить, а на самом представительном состязании. Зебиниссо выполнила задание, ее последние выстрелы были великолепны, она — олимпийский призер, а осенью 1977 года на турнире в Милане Рустамова добилась еще одного успеха, установив мировой рекорд на дистанции 70 метров.

«Крупная державная слава рухнула на маленькие плечи». Это будто сказано о ней, о Рустамовой.

Первая в Таджикистане женщина, ставшая чемпионкой мира и олимпийским призером. Член ЦК комсомола республики. Будущий филолог, гордость Душанбинского педагогического института. А еще — всеобщая любимица. — Зебиниссо, ты, пожалуй, такая же знаменитая, как Малика Сабирова. —Нет, что вы. Малика — балерина, это совсем другое.

Но Зебиниссо бесконечно счастлива, когда ее узнают в автобусе, здороваются с ней незнакомые люди. «А может быть, я на самом деле так же известна, как Малика Сабирова?»

Как-то ей посоветовали взять академический отпуск в институте. Чтобы получше подготовиться к ответственному международному турниру. Всегда внимательная к советам, тут она сразу же заершилась. «Зачем мне ломать ритм жизни, тем более, что никогда учеба не мешала моим делам в спорте».

Ее талант — спокойное и ровное горение. Безо всякого надрыва, все естественно и просто. Но попробуй задуть этот огонек — бесполезно...

Легко и весело несет Зебиниссо бремя своей славы. Все, конечно, у нее будет — не только успехи и награды. Но начала она хорошо, просто замечательно начала Рустамова, и здесь, сами понимаете, не только о спорте речь.

Остальное доскажет будущее.

«Физкультура и спорт», 1978 г.